Время читать



Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Иван Иванович Дмитриев

Сентябрь в проекте «12 симбирских литературных апостолов» посвящён Ивану Ивановичу Дмитриеву. Это знаменитый поэт конца XVIII- начала  XIX века. Известный литератор прошлого П.Вяземский скажет о нём: «Державин, Карамзин, Дмитриев были нашими руководителями и просветителями» и подчеркнёт, что каждый знал «наизусть лучшие строфы Державина, басни, а ещё более сказки Дмитриева».

Род Дмитриевых был тесно связан с нашим краем. Здесь, в селе Богородское (ныне Троицкое) Сызранского уезда Симбирской губернии 21 сентября 1760 года и родился будущий литератор.

До восьми лет будущий поэт рос в деревне, а потом был отправлен к деду, отставному полковнику А.Бекетову, в Казань. Через год тот переехал вместе с внуком в Симбирск, а в 11 лет мальчик вернулся в родительский дом.

Мальчик училcя в частных пансионах, но особой прилежности к наукам у него не было. «На одиннадцатом году моей жизни, - писал Дмитриев, - прекратился курс моего обучения». Однако чтение для Ивана стало крайней потребностью. Все книги читались без разбора.

В 1772 году семья Дмитриевых тоже переселилась в Симбирск, но жила здесь недолго. Спасаясь во время пугачёвского бунта, оказалась в Москве. Там «…я и брат мой ещё более пристали к чтению русских книг всякого рода… посещение книжных лавок было любимою моей прогулкой».

В мае 1774 года Иван Дмитриев становится воспитанником солдатской школы лейб-гвардии Семёновского полка в Санкт-Петербурге, позже служит там же в унтер-офицерском звании.

Военная карьера сложилась удачно. Дослужился до чина статского советника (гражданского генерала), вошёл в среду высших государственных чиновников.

Став известным, Иван Дмитриев, вместо посещения театров, балов и многолюдных собраний, предпочитал и любил прогулки пешком, любил сидеть с книгою, иногда проводить время в кругу двух-трёх приятелей «по мыслям и сердцу».

Крепко дружил с Николаем Карамзиным. Встретились они ещё в детстве, но их дружба росла. Встречались в Симбирске юношами, любили гулять по берегу Волги, читать Юнга, обсуждать новинки литературы. Дружили они потом и в Москве.  Дмитриеву очень важна была оценка его творчества, сделанная Николаем Михайловичем.

В своих мемуарах Иван Иванович сообщал: «С семьсот семьдесят седьмого года начались первые мои опыты в рифмовании, мне совестно сказать, в поэзии. Все они брошены в огонь, коль скоро я узнал о их неправильности». Поэт стыдился своей первой публикации, «Надписи князю Антиоху Дмитриевичу Кантемиру», появившейся в издававшихся Н. И. Новиковым «Санктпетербургских ученых ведомостях» (1777. № 15).

Тем не менее И. И. Дмитриев продолжал писать стихи и даже рассылал их в разные журналы, не ставя подписи. Случайно он услышал уничижительный отзыв о своих стихах «Идиллия» и «Стихи на кончину доктора Вира», напечатанных в журнале П. А. Плавильщикова «Утра» (1782). На поэта этот отзыв произвел настолько сильное впечатление, что он решил хранить свои стихи «до времени под спудом».

Известность Дмитриева, как принято считать, началась с «Московского журнала» (1791–1792) Н. М. Карамзина, где были опубликованы многие его стихи, в том числе знаменитые стихотворные сказки «Модная жена», «Картина», песня «Стонет сизый голубочек» и др.

Самым «лучшим пиитическим годом», как назовёт его Дмитриев, стал 1794, который он провёл в Симбирске. Написаны сказки «Воздушные басни» и  «Причудница», оды «К Волге», «Глас патриота на взятие Варшавы», «Ермак», сатира «Чужой толк».

В одном из первоначальных вариантов статьи П. А. Вяземского, предварившей 6-е издание стихотворений поэта, содержится интересное упоминание, которое не вошло в окончательный текст статьи. Вспоминая о посещении Дмитриевым дома Державина, Вяземский писал: «Здесь познакомился он и с литераторами, первенствующими тогда на русском Парнасе, Львов (Н. А.), оставивший несколько приятных стихотворений, был один из ободрителей возникающего его дарования; в этом обществе прочел он первый опыт свой в переводе басен Лафонтена, и предсказали ему блестящие успехи в сем роде. Такое предсказание приносит честь прозорливости и верности вкуса судей, а поощрение еще более чести беспристрастию приверженцев и друзей Хемницера»

Во-первых, показательно, что Дмитриев выбирает для своего выступления перед взыскательными знатоками свой перевод басни Лафонтена. Во-вторых, знатоки не просто одобряют его, но предсказывают поэту «блестящие успехи» именно в этом жанре. Наконец, в-третьих, опыт Дмитриева получает одобрение, несмотря на то, что он как бы вступает в соревнование с И. И. Хемницером, уже признанным баснописцем и другом знатоков.

Большинство басен Ивана Ивановича - это перевод из Лафонтена, которого переводили Крылов и Сумароков. Но только Дмитриевские переводы называли лафонтеновскими баснями, а самого автора «русским Лафонтеном». Как утверждают современники, именно он «приобщил низкий жанр русской басни к числу изящных, отворив ей двери в просвещенные общества».

Иван Дмитриев стал одним из основоположников и крупнейшим представителем русского сентиментализма. Его романсы были популярны два века. Благодаря таким именам как Дмитриев и Карамзин жанры «легкой поэзии были приняты светским обществом, подготовив почву для романтической лирики Пушкина». Дмитриев только потому не был назван романтиком, что тогда литературоведение еще не знало такого термина. В свое время его «…имя, как светлый алмаз», украшало корону русской литературы. Белинский называл Дмитриева «помощником Карамзина в деле преобразования русского языка и литературы: что Карамзин сделал в отношении прозы, то Дмитриев - к стихотворству».

Как автор чувствительных песен, он создал песню «Стонет сизый голубочек», которая имела колоссальный успех и была популярна несколько десятилетий.

На протяжении своего творчества он считался непревзойденным мастером в области «поэтических мелочей» - мадригалов, эпиграмм, надписей.

И спустя десятилетия песни, сатиры, сказки и басни Ивана Ивановича, которыми он, по словам Василия Жуковского, совершил «переворот в поэтическом языке», обусловили уважение к нему большинства лучших художников слова. Неудивительно, что в России не только литераторы, но и вдумчивые читатели ведали, что литерами «И.Д.» обычно подписывает свои творения Иван Иванович Дмитриев, бывший министр юстиции, член Российской академии, почётный член Московского университета, попечитель петербургского «Вольного Общества любителей российской словесности», старшина Английского клуба в Москве, обладатель чина действительного тайного советника, обязывающего всех обращаться к нему как к Высокопревосходительству.

К своему творчеству Дмитриев относился ответственно и добросовестно. Тщательно продумывал все части стихотворения и подробности. По воспоминаниям Ф.Ф.Вигеля, Иван Иванович, как стихотворец, «будет всегда занимать на русском парнасе замечательное место. До него светские люди и женщины не читали русских стихов или, читая, не понимали их».

После отставки проживал в Москве. В его доме собирались литераторы, поэты, писатели. Здесь бывали Н.Карамзин, В.Жуковский, К.Батюшков… Поэт Вяземский, вспоминая дом Дмитриева на Спиридоновке в Москве, писал:

Я помню этот дом, я помню этот сад.

Хозяин их всегда гостям своим был рад,

И ждали каждого с радушьем

Тёплой встречи

Улыбка светлая и прелесть умной речи.

В последние годы своей жизни И.И.Дмитриев серьёзно работал над воспоминаниями. Они вышли в свет только через 30 лет после смерти поэта под заглавием «Взгляд на мою жизнь».

 Похоронен поэт в Донском монастыре.

20.09.2015, 1312 просмотров.